Защита от насекомых обж

Филип ФАРМЕР. ЛЕТАЮЩИЕ КИТЫ ИСМАЭЛЯ.

Защита от насекомых обж

Выжил только один человек. Огромный белый кит стремительно погружался в воду вместе с крохотным китобойным судном, охотившимся за китом, но ставшим его пленником. Китобой начал свое последнее путешествие.

Последний раз мелькнули верхушки мачт, и вот уже океан сомкнулся над могилой человека, как происходило это уже не раз на протяжении многих лет. И только один человек, упавший с корабля за борт, был еще жив, но и он понимал, что скоро присоединится к своим утонувшим товарищам. На поверхности воды лопнул огромный воздушный пузырь - последний вздох тонущего корабля.

Вместе с пузырем взлетел к небу древний саркофаг. Он гулко шлепнулся на воду, подпрыгнул еще раз и плавно закачался на волнах. Саркофаг стал для выжившего человека неким олицетворением надежды. Весь день, а затем и ночь саркофаг с человеком на нем носило по спокойному ласковому морю. На второй день их подобрал китобой "Рашель", который разыскивал в окрестных водах свой пропавший вельбот. Капитан решил что история, рассказанная Исмаэлем, очень странная, хотя на своем веку капитан слышал много разных историй.

Но удивляться было некогда. Время поджимало, нужно было искать вельбот и ушедших на нем людей. И снова "Рашель" бороздила спокойную гладь океана, потерянный вельбот, на котором ушел сын капитана. Прошел день, на море опустилась ночь, и на мачтах зажгли фонари. Взошла луна и сверкающие отблески заплясали на поверхности воды. Саркофаг, который тоже подняли на борт, лежал теперь на верхней палубе.

Капитан обошел его вокруг, с любопытством разглядывая странные надписи на боку и размышляя о том, что услышал от Исмаэля. - Интересно, что здесь написано, - пробормотал капитан. - И вообще, откуда письменность у этих дикарей? Может это текст молитвы посвященной одному из их варварских богов? А может письмо кому-то, кто по мнению дикарей обитает в потустороннем мире? Ну, а может здесь заклинание: произнося которое, ты откроешь двери в другое время, в другую эпоху, где мы, христиане, наверняка будем чувствовать себя очень неуютно?

Исмаэль потом не раз вспоминал эти слова. Похоже капитан сумел бессознательно проникнуть в самые заветные глубины истины. .

. Может эти загадочные письмена действительно содержали ключ к управлению временем? Но сейчас у Исмаэля не было времени особенно много размышлять.

Капитан Гарднер, учитывая то, что Исмаэлю пришлось пережить, позволил ему поспать остаток дня и полночи. Затем его разбудили и послали на мачту следить за морем - отрабатывать проезд и кормежку. Исмаэль лучом фонаря обшаривал участки моря вокруг корабля. На море был полный штиль, поэтому были спущены шлюпки, которые взяли корабль на буксир. Слышались только всплески весел, ругательства матросов на веслах и команды офицера. Воздух казался таким же темным, как и море.

Он плотным серебряным покрывалом окутал корабль. По безоблачному небу с трудом пробиралась полная луна. Внезапно от нахлынувшего страха волосы зашевелились на голове у Исмаэля. Но страх уже стал привычным чувством и он быстро справился с ним. На верхушках мачт зажглись призрачные огни. - Огни Святого Эльма!

- крикнул кто-то. Исмаэль вспомнил свой корабль и подумал, неужели "Рашель" тоже обречена, неужели он был спасен только для того, чтобы погибнуть. Гребцы, завидев огненные свечи, бросили весла, но офицеры грубыми окриками заставили их вернуться к прерванной работе. - Исмаэль! - крикнул капитан, - ты видишь пропавшую лодку?

- Нет, капитан, - крикнул Исмаэль. И от звуков этого голоса заколебались призрачные огни на мачтах. - Я ничего не вижу!

И тут он крепко схватился за поручни. Что-то двигалось в воде. Длинное, черное. Он даже подумал, что это лодка на расстоянии мили от корабля. Но Исмаэль не крикнул, так как не хотел вселять в капитана напрасную надежду, он хотел сначала убедиться в том, что это именно лодка. Через тридцать секунд черный предмет удлинился.

Он разрезал воду серебряной спиной. Теперь он стал похож на морскую змею, такую длинную и большую, что Исмаэль решил, что видит одно из тех морских чудовищ, о которых он столько слышал, но, до сих пор, никогда не встречал. Может это щупальца гигантского осьминога, который по неизвестным причинам решил всплыть наверх.

Но черное змееподобное существо неожиданно исчезло. Исмаэль протер глаза. Возможно его утомила трехдневная охота за белым китом, а может он потерял рассудок после гибели корабля и полуторасуточного плавания на саркофаге.

Но вот раздался крик: - Морская змея! Закричали и другие матросы, даже те, кто был на лодках и не могли видеть так далеко, как матросы на мачтах. Со всех четырех сторон к кораблю скользили, извиваясь, длинные тонкие черные существа, изредка скрываясь в черно-серебряной воде. Казалось, их единственной целью было ткнуться острым носом в борт корабля и исчезнуть, испариться. Сначала их было немного, затем все больше и больше.

И вот уже сотни существ окружили корабль. - Что это? - крикнул капитан Гарднер. - Я не знаю, капитан, но они по-видимому не интересуются нами, - ответил офицер с лодки. - Они мешают вам грести?

- Только в том смысле, что матросы не могут сосредоточиться на своей работе. - Пусть думают о чем угодно! - крикнул капитан.

- Но помнят, что их спины принадлежат мне! За весла, ребята! Кто бы они ни были, они ничем не могут повредить нам! - Да, да, сэр, - ответил офицер, хотя и не очень уверенно. - Матросы, вы слышали капитана?

Работайте! Не обращайте внимания на мираж! Это отображение того, что не существует, или настолько далеко от нас, что ничем не может нам повредить! Снова в спокойном воздухе послышались удары весел о воду и хриплые крики матросов.

Но теперь змеевидные существа начали кружиться, как будто стараясь ухватить себя за хвост. Они кружились все быстрее и быстрее. И огни Святого Эльма на мачтах стали разгораться ярче.

Это уже были не фантомы, а настоящее пламя с жарким дыханием. Исмаэль попятился от столбов огня и прижался к поручням, побаиваясь смотреть на пламя. Вдруг внизу на палубе раздался крик и один из матросов прыгнул в люк, когда столб пламени высотой в два человеческих роста вспыхнул возле него. В то же время на головах змеевидных существ тоже вспыхнули огни Святого Эльма. Теперь они были похожи на змеевидных доисторических китов, дальних предков тех китов, что сейчас населяют океаны Земли. Казалось, что они изрыгают из пасти пламя.

Исмаэль посмотрел по сторонам и увидел, что огненные языки на мачтах расщепились и, танцуя, стали приближаться к нему. Исмаэль схватился за поручни и крепко зажмурил глаза. - Боже, спаси нас! - раздался крик капитана.

- Море ожило и корабль в огне! Исмаэль боялся открыть глаза, но он боялся и остаться в неведении. Он открыл глаза и увидел, что море буквально бурлит от кружащихся черных змей, на голове каждой из которых пылает факел. Сам корабль тоже был окружен огненными кругами.

Огненные круги танцевали менуэт и над самой головой Исмаэля. Черные змеи, продолжая свой бешеный танец, образовали подвижную черную паутину. Освещенные тысячами маленьких факелов горящих на пересечении орбит вращения змей, море походило на огромное растрескавшееся зеркало. У Исмаэля возникло ощущение, что треснул мир и его обломки сейчас посыплются на голову. Это было жуткое ощущение. Исмаэля даже начал молиться, а ведь события трех ужасных последних дней не вызвали у него такой потребности.

Огни исчезли. Исчезла и черная паутина. Наступила абсолютная тишина.

Никто не осмеливался нарушать ее даже вздохом. Все боялись привлечь к себе внимание этих непонятных сил, которые только что были рядом. Они наверняка могли принести нечто большее, чем просто смерть. С запада подул ветер, наполняя паруса воздухом.

Но тут угас. Снова тишина. Тишина и агония ожидания, которая постепенно перешла в тонкую нить предчувствия. Что сейчас будет? Исмаэль подумал, неужели он променял ужасный, но быстрый конец матросов "Поко" на нечто невообразимо более жуткое? Нечто такое, что только бог мог вообразить, но в ужасе выкинул бы из головы?

То, что случилось затем, Исмаэль впоследствии не мог ясно припомнить. В тот ужасный момент он даже не понял, что уже что-то произошло. С звуком, не более громким, чем поступь привидения, море исчезло. Ночь сменилась днем. "Рашель" начала падать. Исмаэль был слишком испуган, чтобы крикнуть.

Может он и кричал, но он был так парализован, что не мог слышать собственного крика. Падая, "Рашель" быстро перевернулась. Как камень выпущенный из пращи, Исмаэль вылетел с корабля и стал падать далеко от него в пучину, со свистом рассекая воздух. Падая он болтал руками и ногами, как бы стараясь плыть.

Луна была в небе, хотя ее спутница ночь исчезла. Зато Луна была огромна, раза в три-четыре больше, чем обычно. Солнце находилось в зените, это был распухший багровый шар.

Небо было темно-голубым. Воздух свистел в ушах Исмаэля. Под ним, нет под "Рашелью" он увидел странную конструкцию, плывшую по воздуху.

У него не было времени рассмотреть ее, но он успел понять, что она - творение разума. Исмаэль даже успел рассмотреть, что кто-то суетится на палубе удивительной конструкции. Но затем "Рашель" грот-мачтой вонзилась в воздушный корабль и тот развалился пополам. Исмаэль посмотрел вниз и увидел нечто, что показалось ему вершиной горы, изрезанной трещинами и расселинами. Судя по всему, высота этой горы достигала нескольких миль.

Он упал на Это и не разбился, а проскочил через что-то, похожее на тонкую пленку. Он летел вниз, прорываясь сквозь новые и новые слои пленки, и скорость его падения постепенно замедлялась. Вдоль него скользнуло нечто вроде веревки.

Он схватился за нее, но руки обожгло трением и он отпустил ее, вскрикнув от боли. Внезапно он ударился о что-то твердое, что взорвалось от его удара, как воздушный шар, и едкий газ заставил его закашляться. Из глаз потекли слезы.

Ничего не видя, Исмаэль вновь схватился за что-то. Резкий рывок чуть не заставил его выпустить это, но он удержался. Наконец, он смог открыть глаза, которые все еще нестерпимо жгло, и увидел, что все еще падает, правда медленно, держась за конец какой-то веревки, прикрепленной к шару, который мог быть и растением и животным, или смесью того и другого. Он все еще прорывался через пленки. Исмаэль понял, что попал внутрь чего-то, что было наполнено концентрическими шарами разного диаметра.

И эти шары поддерживали в воздухе это существо или черт знает, что это такое. Последняя пленка порвалась под его ногами так неохотно, что он даже подумал, что ее придется прорывать силой. Он боялся падать дальше вниз, но еще больше боялся оставаться внутри этого непонятного существа.

Он проскочил через образовавшуюся дыру и следом за ним с трудом пролез и пузырь, за который он держался. Теперь Исмаэль оказался под этим облакоподобным существом. А под ним расстилалось синее море и джунгли на берегу. "Рашель" упала в это море и развалилась на сотни кусков, которые лежали теперь на поверхности так, будто море имело желеобразную консистенцию.

Один обломок воздушного корабля тоже упал в море и лежал на расстоянии в полмили от места падения "Рашель", а второй обломок ветром отнесло куда-то в джунгли. Он даже не видел, что растительность как бы поглотила этот обломок. Исмаэль подумал, что может разбиться при падении о поверхность странного моря. И вдруг он увидел, что не один в небе. Вдалеке была видна человеческая фигура, правда на таком расстоянии он не мог определить ни пола, ни возраста незнакомца.

Человек опускался таким же способом, как и он сам: держась за веревку, прикрепленную к пузырю. Исмаэль почему-то решил, что этот человек не член команды "Рашель". Он находился выше, чем Исмаэль. Может быть, он стал падать позже, а может быть его пузырь был больше. Исмаэль взглянул вверх и увидел то облачное образование, через которое он пролетел. В теле этого облака виднелись дыры, оставленные обломками "Рашель" и неизвестного воздушного корабля.

Через мгновение Исмаэль коснулся ногами поверхности моря. Он ушел с головой под воду, но моментально выскочил оттуда. Мучительный кашель сотрясал его тело, глаза невыносимо жгло а та вода, которая попала ему в рот, показалась ему концентрированной соляной кислотой.

Он обнаружил, что для того, чтобы держаться на воде, ему не нужно делать никаких усилий. Это море оказалось более соленым, чем мертвое море Палестины или Большое Солнечное озеро в штате Юта. Он мог лежать на спине и смотреть на огромную луну цвета лимбургского сыра и на громадное багровое солнце. Несмотря на то, что вода моря была густо насыщена солями, в море существовало течение.

Хотя Исмаэль был потрясен всем происшедшим и не обрел еще способности анализировать и предполагать, все же он обратил внимание, что волны этого моря были похожи скорей на волны, которые возникают в земной коре во время землетрясений, чем на морские волны. Затем эта странная мысль покинула его и он забылся. Мягко покачивая, медленно, но неотвратимо его несло на запад. Исмаэль лежал на спине, скрестив руки на груди. Когда сознание вернулось к нему, солнце сместилось совсем немного, хотя он был уверен, что проспал не меньше восьми часов. Вдруг что-то легонько коснулось его головы и вывело из состояния сонного забытья.

В голове его заметались жуткие мысли, как акулы вокруг барахтающегося в воде человека. Он изо всех сил забил руками и ногами по воде, но смог отплыть лишь на пару дюймов. Тогда он повернулся на бок и обнаружил, что столкнулся с саркофагом, который слегка покачивался на воде, и казалось, говорил: - А вот и я опять, твой плавучий гроб.

Я тоже остался цел после катастрофы. С усилием Исмаэль вскарабкался на крышку саркофага, цепляясь за выпуклые письмена. Он лег на живот и начал грести к берегу. Немного погодя он выбился из сил и снова уснул.

Когда проснулся, то обнаружил солнце почти на том же самом месте, но луна заметно сдвинулась. Огромное облако, подобное существу, сквозь которое он пролетел, вырвав один из пузырей, исчезло, но на горизонте появилось еще одно. Оно было ниже чем первое, и когда оно приблизилось, Исмаэль увидел, как стая странных существ с крыльями в виде парусов, нападает на это облако.

Хищники были самого разного типа, но он выделил из них один, наиболее агрессивный и назвал этих хищников воздушными акулами. Все это происходило на высоте пяти тысяч футов и он не мог рассмотреть их подробно. Однако в дальнейшем ему представилась возможность познакомиться с ними гораздо более близко, чем ему хотелось бы. Самые маленькие из хищников были около двух футов длины, самые крупные - от восьми до десяти футов. Все они были алого цвета, с восемью щупальцами намного большими по сравнению с туловищем, торпедообразной формы.

Из щелеобразных пастей торчало несколько рядов острых белых треугольных зубов. Верхняя часть головы вспучивалась, как будто внутреннее давление стремилось разорвать голову. Как он позже узнал, в этом бугре находился пузырь, наполненный легким газом. Кроме того на спине были еще два бугра, как у верблюда. Однако вряд ли кто-нибудь рискнул бы сесть между этими двумя буграми и прокатиться. Когда кто-нибудь из хищников заслонял солнце, сквозь его прозрачную кожу Исмаэль мог видеть внутренние органы и тонкие кости скелета это странного существа.

На конце хвоста находились два вертикальных плавника, которые больше напоминали паруса, чем плавники. Направление движения этих существ зависело от направления ветра, так как двигались они с помощью парусов, но все же могли двигаться и в боковых направлениях, размещая паруса соответствующим образом. Двойная пара очень длинных крыльев могла медленно опускаться почти на триста шестьдесят градусов.

Они тоже были скорее парусами, чем крыльями. Эти существа инстинктивно знали, как управлять парусами для совершения тех или иных маневров, чему человеку приходится учиться. Огромное облакоподобное существо, разрываемое на части и съедаемое заживо, если, конечно, оно живое, медленно проплыло над головой Исмаэля и исчезло на востоке, направляясь к далеким пурпурным горным хребтам.

Исмаэль не знал, почему на первое существо, сквозь которое он пролетел, не напали алые хищники, а второе привлекло столько акул. Но он был рад, что хищников не было, когда он появился в этом мире. Он лежал на спине и его гроб-лодка медленно покачивался на волнах тяжелого мертвого моря. Немного погодя он заметил другое облако, только теперь оно было светло-красное, и формы и размеры облака менялись очень быстро.

Исмаэль решил, что это настоящее облако. Странное облако. Но почему странное?

Разве весь этот мир не странен? Разумеется, кроме него самого. А с точки зрения этого мира он, Исмаэль, весьма странное существо.

Когда облако пролетало над ним, из облака виднелось щупальце, но это щупальце было слишком размытым по форме, чтобы быть чем-то цельным. Щупальце вытянулось по направлению к земле и Исмаэль увидел, что оно состоит из отдельных частиц, беспорядочно перемещающихся. Исмаэль не мог рассмотреть эти частицы в деталях, но заметил, что снизу они имеют форму многогранника, а сверху, нечто похожее на зонтик. За этим облаком следовали другие существа, подобно тому, как летучие мыши преследуют облака насекомых или киты преследуют скопления планктона - этой основы всей жизни в океане. Аналогия оказалась вполне оправданной, так как огромные существа расправили свои плавники - паруса и врезались в розовое облако, раскрыв широкие пасти. Вероятно, это были громадные воздушные киты.

Они были слишком высоко, чтобы Исмаэль мог рассмотреть их. Но они были огромны, гораздо больше, чем земные киты. Тела их сигарообразной формы, а головы были такими большими, что казались вторым телом. На концах хвостов виднелись громадные вертикальные и горизонтальные плавники.

Ветер унес и розовое облако и пасущихся в нем гигантов прочь. Солнце опускалось, но так медленно, что Исмаэль подумал, что раньше наступит конец света, чем солнце уйдет за горизонт. Становилось жарко. Когда Исмаэль взобрался на саркофаг, то решил, что в этом мире чересчур холодно, чтобы было приятно, теперь же он решил, что здесь все-таки излишне жарко. Сейчас он вспотел, во рту пересохло. Воздух был сухой, хотя Исмаэль находился в море.

Берег был едва виден на горизонте. Исмаэль мог только помогать медленному дрейфу руками. Он начал грести, но тут же выбился из сил. Пот градом стекал по телу. Исмаэль лег лицом вниз, затем перевернулся на спину. Появилось другое красное облако, сопровождаемое левиафанами.

Он снова попытался грести. Через пятнадцать минут он уже мог различить берег, но хотя это удвоило его силы, скорость движения нисколько не увеличивалась. Шли часы, а солнце, словно, навеки застыло в одном положении на небосводе. Исмаэль снова уснул, а когда проснулся, то увидел берег, покрытый растительностью. Легкие Исмаэля, будто превратились в пыль, а язык стал каменным. .

. Несмотря на свою слабость, он стал грести к берегу. Исмаэль понимал, что если не доберется до берега поскорее, то окончит свою жизнь на крышке саркофага, хотя для этого наверное следовало бы забраться внутрь. Берег оставался таким же далеким, как и раньше. Впрочем, может быть это просто казалось ему.

Все в этом мире, за исключением воздушных существ, было каким-то болезненно застывшим, неподвижным. Даже само Время в ожидании неизвестно чего затаило дыхание. Но и в этом мире гигантского распухшего солнца, время могло только задержаться, хотя и надолго. Пришел момент, когда морские ленивые волны вытолкнули конец саркофага на мелководье. Исмаэль соскользнул в воду, она доходила ему до бедер, и с трудом вытащил саркофаг на берег. И тут он почувствовал, что земля содрогается под ним.

Его даже стало мутить от качки. Он закрыл глаза, вцепился в саркофаг и потащил его в джунгли. Немного погодя, поняв, что земля успокаиваться не собирается, он открыл глаза. Да, потребовалось много времени, чтобы Земля и растительность приобрели такой вид, как здесь сейчас.

Везде были только ползучие растения: и на земле, и в воздухе. Они были самых разных размеров: и небольшие, диаметром с руку, и громадные, в стволе которых Исмаэль мог бы поместиться целиком. Стволы были твердые, пористые, волокнистые, темно-коричневого или светло-желтого цвета. Некоторые растения достигали двадцати футов высоты. У одних растений стволы были совершенно голыми, у других росли горизонтальные ветви с громадными листьями. Все они удерживались от падения, цепляясь за соседние стволы, обвиваясь вокруг них.

Казалось, что все эти растения требуют поддержки. Исмаэль не смог найти воды, хотя сделал большой круг по джунглям и вернулся на берег. Земля под ползучими растениями была твердой и сухой, как в пустыне Сахара. Он стал рассматривать растения, чтобы понять, как же они добывают влагу, ведь корней у них не было. Он сообразил, что голые стволы и есть корни. Они собирают влагу из атмосферы.

Но чем же питаются растения? Пока он размышлял над этим, послышался шипящий звук. Затем из-за листа выскользнула пара длинных дрожащих антенн и круглая голова с огромными глазами. Судя по форме головы и длинным усам, Исмаэль предполагал увидеть нечто насекомоподобное, но животное оказалось двуногим существом. Шея, грудь и две лапы походили на обезьяньи. Они были покрыты розовой шерстью, сквозь которую просвечивала бледно-розовая кожа.

Ноги существа напоминали медвежьи. Животное было ростом в два фута. У него был длинный двойной нос, а под ним совершенно человеческие губы. Исмаэль ощутил неясную опасность: укус животного мог оказаться ядовитым. Однако оно не собиралось нападать. Существо наклонило голову с вибрирующими антеннами и с тем же шипящим звуком пошло дальше в джунгли.

А затем Исмаэль увидел, как животное присело на ветку и сорвало бледно-зеленый стручок. Оно вертело стручок в лапах, пока не нашло на нем темно-зеленое пятно. Тогда животное надавило пальцем на это пятно и палец провалился внутрь. Затем существо вытащило палец из отверстия и сунуло туда один из своих двух носов. Очевидно, животное пило. После того, как стручок опустел, животное замерло и не двигалось так долго, что Исмаэль решил, что оно уснуло.

Глаза животного помутнели и их затянуло пленкой. Исмаэль решил, что сейчас можно приблизиться без опаски, и увидел, как тонкое бледно-зеленое растение подняло свой стебель, который перегнулся через спину животного и вошел в яремную вену. Растение из бледно-зеленого стало красным. Немного погодя, растение аккуратно извлекло стебель из вены.

Стебель осторожными движениями соскользнул со спины животного и исчез в отверстии ствола. Пленка с глаз животного сошла, оно тихонько шевельнулось. Затем, увидев, что Исмаэль совсем рядом, испуганно скрылось в джунглях.

Но двигалось оно не так проворно как раньше. Исмаэль готов был последовать примеру животного и напиться из стручка. Но он боялся.

Может быть жидкость временно парализует того, кто ее пьет? И каждый раз растение пьет кровь из вены парализованного? А может такой странный, даже зловещий симбиоз вполне естественен в этом мире?

Конечно, никто не мог помешать ему схватить стручок, забраться в море и попить. Там-то растение не сможет достать его. А вдруг в жидкости находится наркотик, который поражает не только тело? Может быть он подействует так, что он, Исмаэль, напившись, сам предложит кровососущему растению свою вену? Пока он стоял в неподвижности и страдал от жажды, хотя вода была рядом, но недоступна для него, растение выпустило свои стебли и опутало тело опустошенного стручка. Ясно, почему земля такая голая.

Растения питаются сами собой, отмершими частями. И кровью тех, кто пьет жидкость, запасенную ими. Наконец, он решился. Действуя быстро, чтобы не думать о возможных последствиях, он сорвал стручок, повернулся и побежал в море, пока вода не дошла ему до бедер.

Затем он вылил жидкость из стручка себе в рот. Вода была холодная и сладкая, но ее было мало. Ему ничего не осталось, как пойти к берегу и сорвать второй стручок. Он пошел к берегу и тут какая-то тень мелькнула по воде.

Он повернулся и поднял голову. Высоко в небе плыло розовое облако, сопровождаемое пасущимися китами. Но тень, потревожившая его, была от чего-то более близкого. Воздушная акула неслась над ним на высоте тридцати футов. За ней летели еще три. Первые две пролетели мимо, но две вторые решили напасть на него.

Их крылья-паруса изменили угол и они понеслись на человека, разинув пасти. Акуле оставалось до него всего шесть футов, она летела на высоте одного фута над водой и шипела на лету. Широкая пасть выглядела жутко. Она могла в момент отхватить ему голову. Исмаэль скрылся под водой.

Акулы проскочили над ним, только хвосты чиркнули по воде. Превозмогая усталость, Исмаэль побрел по вязкой воде к берегу, добрался до узкой песчаной полоски и скрылся под защиту зарослей. Акулы некоторое время барражировали над ним, меняя направление полета, а затем развернули крылья так, чтобы полностью захватить ветер, и исчезли. Исмаэль сорвал стручок, проделал в нем пальцем дыру и выпил жидкость. Пережитая опасность заставила его забыть об осторожности. Когда он пил в первый раз, то не ощутил ничего.

Паралича, которого он ждал, не было. Но может быть, это потому, что он крупнее того двухносого существа и доза наркотика для него мала. Сейчас он тоже ничего не ощущал. Хотя возможно возбуждение обезвредило наркотик. И все же выпитая жидкость сделала свое дело. Он вдруг ощутил, что не может двинуть ни рукой, ни ногой.

Видеть он мог, правда, в глазах стоял туман, он мог и чувствовать стебель растения, который обвился вокруг его плеч, и ощутил боль, когда конец стебля вошел в вену. Воздушные акулы вернулись и кружили над ним, заметив его голову, среди зарослей. Да, он сделал ошибку, когда начал пить.

Следовало выбрать более густые заросли. Однако акулы были слишком осторожны и не нападали, боясь запутаться в зарослях. Исмаэль еще не понял механизма полета этих существ. Совершенно очевидно, что газ делает их легче воздуха. А при снижении они должны выпускать газ. Это именно то шипение, которое он услышал во время падения.

При подъеме они должны производить газ. Вероятно в их теле есть какое-то устройство. Но для работы этого устройства необходимо горючее - пища.

В этом Исмаэль был уверен, если конечно можно быть уверенным в чем-нибудь в этом проклятом мире. Теоретические рассуждения хороши в свое время. А сейчас нужно действовать, но он не мог двинуться с места.

Казалось, прошла вечность с тех пор, как он тут находится. Стало жарко. Растения задерживали движение воздуха и он вспотел.

И тут он увидел насекомое, первое насекомое, сидевшее на ветке в футе от него. Это был представитель древнего рода, научившийся жить как при человеке, так и без него. Это насекомое оказалось более удачливо в своем паразитизме, чем крысы. Это был комар, длиной дюймов в девять.

Он спокойно сел на плечо Исмаэля. Было ясно, что он знаком с парализующим действием жидкости. Исмаэль не почувствовал комара на коже, но ощутил тупую боль в мочке уха.

- Лучше бы я утонул вместе в командой. . . Послышался шорох. Исмаэль посмотрел в лицо того, кто появился из зарослей. Это была девушка.

Лицо ее было нежно-коричневого цвета, как у жительниц Тайпи. Глаза необычно большие, почти нечеловеческие, ярко-зеленого цвета. Черты лица очень красивы. Однако язык, на котором она заговорила, был незнакомым Исмаэлю, хотя он слышал много языков жителей Земли. Исмаэль ждал, что она освободит его от стебля, но она улыбнулась и пошла куда-то в сторону. Вскоре она вернулась с каким-то животным, таща его за ноги.

Хотя у животного был вспорот живот, оно бешено дергалось. Девушка улыбнулась, проговорила что-то мелодичным голосом. Исмаэль попытался ответить, но не смог. Девушка присела возле растения и стала что-то делать каменным ножом. Исмаэль совсем забыл на некоторое время о воздушных акулах. Сейчас он вспомнил и открыл рот, чтобы предупредить девушку.

Но она, видимо почувствовала опасность, так как подняла голову как раз в тот момент, когда первая тень устремилась на них. Она толкнула Исмаэля и закрыла его. Исмаэля ударилась обо что-то головой, и он потерял сознание. Он пришел в себя и почувствовал, что земля, как всегда, дрожит под ним. Теперь он понял, что это - приливы и отливы. На той старой Земле, эти явления не ощущались, хотя и были.

Теперь же, огромное солнце и не менее огромная луна вызывают такое сотрясение почвы, не заметить которое было невозможно. Его снова стало мутить от качки. А может к этому добавилось и действие яда. Во всяком случае, теперь придется привыкать к этой "земной" болезни. Он попытался сесть, но обнаружил, что у него связаны руки и ноги.

Девушка исчезла. Очевидно, она вовсе не так дружелюбна, как ему показалось. Просто она подошла к нему без боязни потому, что была уверена, он не причинит ей вреда. Исмаэль не был на нее в обиде: все-таки он был для нее чужой и она была бы дурой, если бы подошла к нему без необходимых предосторожностей. Впрочем, может она живет в мире, где все человеческие существа друзья друг-другу, а убийства и войны неизвестны.

Однако то, что она связала его, доказывало - этот мир вовсе не утопия. Он вздохнул. Было бы слишком наивно предполагать, что есть мир, где царит всеобщая любовь и доверие. Такого не было на Земле, такого наверняка нет и здесь. И нигде такого нет.

Однако Исмаэль вовсе не надеялся оказаться в таком утопическом мире. Пусть он сейчас связан. Но, все равно, Исмаэль был рад, что он в этом мире не единственное человеческое существо. Когда-нибудь он овладеет языком, на котором говорит девушка, и сможет узнать об этом мире побольше. Появилась девушка и Исмаэль улыбнулся ей. Он внимательно изучал ее, когда она искусно разделывала двухносое животное.

Волосы у нее были распущены. Длинные, черные, они были заколоты гребенкой из какого-то материала, похожего на слоновую кость. В ушах висели кольца из черного камня, в которые были вставлены большие темно-зеленые камни. Внутри каждого из камней можно было рассмотреть ярко красный предмет, похожий на паука.

На шее было ожерелье из коротких разноцветных перьев, а талию обхватывал полупрозрачный кожаный пояс. На поясе на костяных крючочках висела короткая юбочка из такой же кожи, что и пояс. На ногах были надеты сандалии из толстой коричневой кожи. Исмаэль обратил внимание, что на ногах у нее всего по четыре пальца. Видимо мизинец атрофировался за ненадобностью в результате эволюции.

Девушка была стройная и гибкая, лицо имело четко выраженную треугольную форму. Высокий и широкий лоб, огромные блестящие глаза под густыми черными бровями, ресницы, похожие на длинные острые копья. . . Скулы у нее были высокие и широкие, но уже, чем лоб. Нижняя челюсть сужалась, заканчиваясь подбородком, который однако не был острым и закруглялся.

Этот подбородок делал ее очень красивой, хотя если бы он был острым, лицо девушки было бы безобразным. Как неразличима граница между безобразием и красотой! Губы у нее были полными и очень красивыми, даже когда она начала откусывать куски жира от разделанной туши животного. Исмаэль не раз видел дикарей, питающихся сырым мясом, и это не вызвало у него отвращения.

Когда она предложила ему кусок сырого мяса, Исмаэль принял его с улыбкой и благодарностью. Оба ели до тех пор, пока полностью не насытились. Девушка нашла камень и расколола череп животного, чтобы достать мозг. Она стала с удовольствием есть его и предложила Исмаэлю.

Тот был уже сыт. Исмаэль покачал головой: - Нет, благодарю. Очевидно, покачивание означало для нее согласие, так как она начала кормить его.

Исмаэль сразу понял свою ошибку и стал энергично кивать. Девушка была озадачена, но убрала пищу. Исмаэль увидел, что в этом мире нет проблем с уничтожением отбросов. Девушка поднесла то, что осталось от их трапезы к ближайшему растению, положила все на землю и похлопала растение по стволу.

Сразу же стебли потянулись к остаткам пищи. Другие растения тоже протянули свои стебли, как будто получили сообщение от своего собрата. Девушка сорвала горсть стручков, напилась и напоила Исмаэля. Во время этой процедуры растения игнорировали их. Исмаэль предположил, что растения получили пищу и благодарят того, кто угостил их.

Тем не менее, жадность парализовала их, и девушка минут пятнадцать пребывала в неподвижности. Если бы в это время появился хищник, то он мог бы спокойно сожрать их. Придя в себя, Исмаэль жестами показал девушке, чтобы она развязала его. Она нахмурилась, что придало ей еще больше прелести, и задумалась.

Наконец она поднялась, улыбнулась и перерезала ножом перевитые стебли, которыми он был связан. Исмаэль медленно поднялся, растирая руки, затем стал растирать ноги. Она стояла, держа нож в руке. Но затем видимо, решила, что он не будет угрожать ей.

Она положила нож в ножны и отвернулась от незнакомца. Исмаэль взобрался по толстому стволу, наклоненному под углом сорок пять градусов, и посмотрел вокруг. Джунгли занимали все пространство, насколько он мог видеть.

Весь лес, казалось, трясся от страха. Исмаэль и сам уже устал от постоянной тряски, подкатывающейся к горлу тошноты. Но девушку это, кажется, совсем не беспокоило. Для нее это было - нормальное положение вещей. Воздушных акул не было видно, лишь далеко на западе виднелось красное облако и Исмаэль предположил, что это одно из тех чудовищных воздушных существ, возле которого наверняка крутятся акулы. Большое красное солнце уже пересекло большую часть небосвода, но до заката было еще далеко.

Жара усилилась и Исмаэль снова ощутил жажду. Но он боялся пить, так как это означало полную беспомощность в течение четверти часа. Более того, возможно, этот наркотик обладает кумулятивным эффектом. Правда, пока он ничего не заметил: ни головной боли, ни общей слабости.

Он посмотрел на девушку. Она взобралась на дерево и устроилась на ночлег в огромном листе, который как гамак висел между стволами. Интересно, а что же делать ему? Тоже ложиться спать или стоять на страже? Однако девушка не подала ему никакого знака, значит она совершенно не думает о возможных опасностях.

Такая беспечность была непонятна Исмаэлю. В этом мире он уже встретился со многими опасностями, а сколько еще таких, о которых он даже не подозревает! . . Прежде чем решить для себя вопрос, ложиться ли ему спать или нет, он еще раз осмотрелся.

Пугающее, по настоящему чужое темно-голубое небо; громадное кроваво-красное солнце; чересчур соленое, безжизненное море; трясущаяся земля; растения-кровососы; воздушные хищники. . .

Где же он оказался? "Рашель" плавала в южных морях в 1842 году. Затем произошло нечто сверхъестественное. Море внезапно исчезло и корабль упал. Море исчезло! Оно исчезло не благодаря магии, колдовству, а испарилось.

Мгновенно испарилось. Само Время Испарилось! Исмаэль был матросом на китобойном судне. Но не простым матросом.

В промежутках между своими плаваниями, он работал учителем в школе, а кроме того - много и постоянно читал. И он знал, что через миллионы лет солнце охладится, превратится из яркой горячей звезды в слабого красного гиганта, а затем и вовсе потухнет. Потеря энергии приведет к тому, что Солнце и Луна приблизятся к Земле - и впоследствии сильное взаимное притяжение разорвет на куски эти небесные тела. Другая теория, в корне противоположная первой, утверждала, что Земля и Луна в конце концов разойдутся на очень далекое расстояние.

Основатель этой теории даже доказывал математически справедливость своих утверждений. Очевидно, он не был силен в математике, или же произошло нечто, что нарушило естественный ход событий. Вполне возможно, что люди все-таки смогли найти способы воздействовать на орбиты планет. Неужели он, Исмаэль оказался в далеком будущем? Может быть "Рашель" провалилась в какую-нибудь дыру в прохудившейся ткани Времени? Исмаэль был убежден, что сейчас находится на дне давно пересохшего Тихого океана в его южной части.

Мертвое соленое море - вот все, что осталось от некогда безбрежного океана. А трясущаяся земля плохо подходила для животного мира. Большая часть животных покинула Землю и заполнила воздушное пространство летающими существами самого разного вида. Хотя выводы, к которым он пришел, нисколько не облегчали его положение, все-таки ему стало легче.

Похожие статьи

Это тоже интересно!